Курсы НБРБ на 24 августа
USD/BYN
1.9319
0.08%
18:04
EUR/BYN
2.2733
0.07%
18:04
100 RUB/BYN
3.2677
0.02%
18:04
100 UAH/BYN
7.5528
0.36%
18:04
10 PLN/BYN
5.3157
0.17%
18:04
1000 KZT/BYN
5.7886
0.22%
18:04
10 CNY/BYN
2.8992
0.08%
18:04
GBP/BYN
2.4723
0.17%
18:04

Владимир АДАМОВИЧ: главная проблема сельского хозяйства – в отсутствии хозяина на земле



Учредитель сети аптек "Комфарм", основатель логойского фармзавода "Лекфарм" Владимир АДАМОВИЧ за три года смог вывести свой новый бизнес – хозяйство "Цнянские экопродукты" – в число лидеров по производству картофеля. О работе хозяйства, его перспективах, проблемах сельского хозяйства, фармацевтической отрасли, вызовах и возможностях в бизнесе Владимир Адамович рассказал агентству "Бизнес-новости".

 

– Владимир Леонидович, как развивается ваше хозяйство "Цнянские экопродукты"?

 

– По валовому сбору и урожайности мы в числе лидеров в Беларуси.

 

В прошлом году валовый сбор картофеля составил 27 тыс. тонн, урожайность – 534 ц/га. В этом году мы собрали 30 тыс. тонн картофеля за счет увеличения посадочных площадей.

 

В 2013 году выручка хозяйства составила BYR 30 млрд, BYR 14 млрд – чистая прибыль. За 9 месяцев 2014 года выручка составила BYR 47,7 млрд (в 2,9 раза больше, чем за январь-сентябрь 2013 года), чистая прибыль – BYR 7,7 млрд (прирост на 52%). Мы планируем, что выручка в этом году составит BYR 70 млрд.

 

В нашем хозяйстве 1 800 га, но обрабатываем мы только 1 200 га. Все это земли, которые не обрабатывались 20-30 лет. Когда я только начинал бизнес в этой сфере, у меня было всего 100 га, на 94 га посадил картофель. Потом добавили, еще добавили, в итоге получилась та площадь, которая есть сейчас.

 

Но какие земли добавляют? Часть земель заболочены, там обитали бобры. Я купил экскаватор и бульдозер, которые в дальнейшем помогли очистить и осушить эти земли.

 

КФХ первым в Беларуси помыло картофель, отшлифовало. Сейчас другие стали делать так же, и это привело к тому, что цены и в России, и в Беларуси падают. В прошлом году выпуск мытого картофеля запустил "Агро-Мотоль", сейчас наладил Толочинский консервный завод.

 

– Вы остановитесь на картофелеводстве либо планируете расширять свои интересы в другие подотрасли сельского хозяйства?

 

– Мясная и молочная отрасль мне интересна. Я про картошку узнал, про зерновые узнал, сейчас познаю этот бизнес.

 

К нам планируют присоединить два хозяйства – Косино и Ахека. После присоединения мы будем сами делать реконструкцию ферм и совершенствовать стадо в этих хозяйствах.

 

– С белорусским генетическим материалом вы не работаете?

 

– В хозяйствах работали, даже быков держат. Но технологии нет. На каждой ферме в этих хозяйствах по 10-15 человек скотоводов. В "Ахека" фонд заработной платы – BYR 700 млн, работает 120 человек. А выручка за месяц составила BYR 450 млн. Как так можно работать?

 

Сейчас в "Цнянские экопродукты" ездят не только из Логойского, но и из Борисовского района. Механизаторы при средней зарплате BYR 7 млн у меня получают по BYR 12-18 млн. Рентабельность продаж в хозяйстве по итогам 9 месяцев составила 30,4%. Причем картошка дает больше рентабельность, но зерновые тянут вниз. Но зерновые нужно сеять, потому что важен принцип четырехполья, нужно менять землю, чтобы не было болезней.

 

Присоединенным хозяйствам мы сказали, что никому не будем отдавать зерно за копейки. Все, что мы производим, будет идти на переработку. У одного из присоединяемых хозяйств урожайность 20 ц/га. Что это за урожайность? Прибыль идет при урожайности от 40 ц/га. У Косино урожайность была 60-80 ц/га за счет того, что мы им дали подкормку, технику дали. Но все равно они произвели в убыток, потому что им дали земли с удаленностью 40 км. Комбайны туда едут полдня.

 

Ведь как работают в этих хозяйствах? Обычно работает бригада из четырех человек: водитель, механизатор и два полевода. Водитель с механизатором стоят курят, а полеводы перекладывают минеральные удобрения. Мои механизаторы получают много, потому что мы привозим на поле минеральные удобрения, и один механизатор за два дня их сам разгружает.

 

– Неужели это эффективно? Ведь если бы работали несколько человек, тратилось бы меньше времени.

 

– Зачем держать лишних людей? Эту работу может сделать один человек, и он не будет курить, а будет работать.

 

В Беларуси, может, есть 10% хозяйств, которые нормально работают, потому что там есть люди из старых поколений, которые не умеют сачковать.

 

– Какова, по вашему мнению, самая главная проблема сельского хозяйства?

 

– Она в том, что нет хозяина на земле. А хозяина нет, потому что нет собственности на землю. Введение частной собственности на землю – это краеугольный камень всего. И многие во власти это понимают.

 

В проектах указов президента по агропромышленному комплексу, которые вышли в середине июля, было указано, что вся задолженность государственных хозяйств при их передаче частнику (вот, например, у одного нашего хозяйства задолженность составляет BYR 72 млрд при выручке BYR 22 млрд) может быть списана при повышении выручки. Это был бы идеальный вариант, и многие частники пошли бы в сельское хозяйство. Но в итоге в вышедших указах этого пункта не было.

 

– В этом году у вас получится вывести присоединяемые хозяйства на прибыльную работу?

 

– Нет, в лучшем случае, через 2 года.

 

– А сколько денег в них нужно вложить?

 

– Уже несколько миллионов долларов я в них вложил, хотя они еще не мои. Строю перерабатывающие производства.

 

Сельское хозяйство может поднять только переработка, потому что многие виды сырья сегодня убыточны в Беларуси, во многом, потому, что здесь привыкли плохо работать.

 

– Но вы же продаете свой картофель с прибылью…

 

– Я свой мытый картофель продаю на 50% дороже, чем все продают грязный. Сегодня грязный многие уже не покупают, потому что он более плохого качества.

 

– Но в первый год своей работы вы тоже продавали грязную картошку?

 

– Но сколько тогда было земли? И тогда работало около 10 человек. Сейчас в нашем хозяйстве среднесписочная численность 46 человек. Мы обрабатываем еще соседние земли тех хозяйств, которые нам планируется передать. У них недостаток денег, техники, удобрений.

 

– Вы в своем хозяйстве пользуетесь государственной помощью?

 

– Пользуемся. 2 года нам ничего не давали, потому что это частник, а кто частнику даст? Но у меня появился хороший управляющий, который знает систему. Это небольшие суммы. Мы эти средства отдаем, а другие не отдают, потому что у них денег нет.

 

– За всю историю существования вашего хозяйства "Цнянские экопродукты" сколько вы в него вложили?

 

– Наверное, около 7-10 млн – долларов или евро.

 

– Вы считаете, что эти вложения были эффективными.

 

– Я считаю, что все можно вернуть через 3 года. И в прошлом году картофель был в цене. А сейчас Россия ввела эмбарго на поставку продуктов из западных стран. У них, конечно, хороший урожай в этом году. Но, если перекрыли кислород западным продуктам, то цена будет расти.

 

– В этом случае, вы заберете объемы с белорусского рынка и отправите на экспорт?

 

– У нас хватает картошки. Я ее продаю всю. Я не боюсь и не сомневаюсь, что продам весь картофель. Цена в этом году будет хорошая.

 

– Вы по-прежнему самостоятельно занимаетесь измерением качества почвы?

 

– Конечно, обязательно. Но я уже взял агронома, уже его обучаю.

 

– Есть ли сейчас толковая молодежь?

 

– К нам возвращаются из городов назад в деревню. Уже две семьи вернулось. Много из поселка Зембин работают у нас, из Борисова много людей ездят.

 

Из всех людей, которые проходили через предприятие, только процентов 20% осталось, остальные 80% ушли.

 

Много людей в сельском хозяйстве не нужно. В Европе 100 голов КРС обслуживают два человека. У нас 100 коров обслуживают человек 11. Какой может быть производительность труда, какой может быть рентабельность с таким количеством людей?

 

– А какое поголовье в присоединяемых хозяйствах?

 

– Около 1 100 голов дойного стада. Там есть разные коровники. Кое-где их надо перестраивать, где-то нормальные есть, но из-за этого на хозяйствах висят долги под большие проценты.

 

– Избавляться от стада вы не планируете?

 

– Нет, будем только расширять. Это очень рентабельный бизнес. Я добьюсь, чтобы рентабельность была на уровне 40%.

 

– А не планируете создавать собственную переработку?

 

– В 2015 году мы запустим глубокую переработку картофеля. Мы будем производить сухое картофельное пюре, вакуумировать и замораживать картофель. Все это будет производиться из отбракованной продукции. Таким образом, мы создадим безотходное производство.

 

В целом, все зависит от того, как будет себя вести Россия. Если на год они ввели эмбарго, то я опасаюсь вкладывать деньги. Если это будет более далекая перспектива, то будет хорошо. Но даже если Европа вернется на рынок, я буду соревноваться с их дешевой продукцией. Государственным предприятиям будет тяжело соревноваться с европейскими производителями с их рентабельностью.

 

– Каким будет поголовье свиней в ваших хозяйствах?

 

– Пока в присоединяемых хозяйствах нет свиней. Но сейчас создается холдинг на базе завода им. Козлова. Они избавляются от непрофильных активов. У них есть непрофильный актив – зона отдыха и хозяйство с 1 200 свиней. Хотя там могут и 2 000 свиней выращивать. Чтобы содержать больше голов, нужно строить еще помещение. Им невыгодно, потому что они помогают, дают деньги хозяйству, а отдачи нет. По новым требованиям законодательства свиней надо кормить только комбикормами в форме пеллетов, подвергшихся термообработке. Но они очень дорогие. 1 кг комбикорма стоит BYR 7-8 тыс.

 

В 2015 году мы планируем запустить собственное комбикормовое производство. Для производства комбикормов нужно иметь свое зерно, свой жмых. Мы сейчас запускаем производство рапсового масла и жмыха.

 

– Но ведь рынок комбикормов сейчас очень плотный. На нем работают такие гиганты, как Биоком, Серволюкс…

 

– И что, мне у них покупать? Зачем зерно мне отдавать за копейки, если из BYR 1-1,5 млн, которые стоит 1 тонна зерна, можно получить BYR 6-7 млн, если перемолоть, добавить премиксы, жмых?

 

Сейчас мы запустим свое производство жмыха. Жмых занимает 20% в общей себестоимости комбикормов.

 

Мы выращиваем рапс. В прошлые годы мы продавали его маслоэкстракционным заводам, но сейчас будем перерабатывать сами. В декабре 2014 года этот завод запускается. Рапсовое масло мы будем либо продавать в Европу, либо оставлять себе.

 

Без переработки в сельском хозяйстве ничего не будет. Продавать сырье невыгодно.

 

– Комбикорма вы планируете продавать сторонним покупателям?

 

– Да, половина кормов будет уходить на сторону. Я этого немного опасаюсь, потому что потенциальные покупатели неплатежеспособны.

 

– У вас есть идеи по новым проектам?

 

– Есть. Например, есть идея, связанная с санкциями России. Но вопрос: сколько они продлятся. Если бы они были постоянными, то можно было бы пробовать. Идея связана с сельским хозяйством.

 

– Как обстоят дела на вашем заводе "Лекфарм"?

 

– Я продал Лекфарм в мае. Продал компании Rompharm. Они предложили хорошие деньги, и я продал.

 

– А не жалко было продавать?

 

– Нет. Сейчас я построю предприятие еще лучше.

 

Мы учреждали "Лекфарм" как раз с Rompharm. У них было 40%, у меня – 51%. Когда они сейчас хотели купить какой-то государственный завод, им отказали. И я им предложил свою долю в "Лекфарме".

 

Где вы планируете организовывать новое фармацевтическое произодство?

 

– Там же, в Логойске. Купили у фирмы "Тувия" помещение на 7 тыс. кв. метров.

 

– Комфарм по-прежнему находится в вашей собственности?

 

– Да. Мы открываем новые аптеки. У нас в Комфарме около 80 аптек. Я когда-то сказал, что наше будущее – это собственная сеть аптек. Я сразу продал Rompharm 11% акций Лекфарма, а затем остальные 40%. За эти деньги открывал аптеки. Сейчас 95% аптек находятся в собственности, не в аренде, как у других предприятий. Это стабильность. Кроме того, деньги от продажи части доли "Лекфарма" вкладывал в "Цнянские экопродукты".

 

Мне часто предлагают взять нерентабельные аптеки, и я отказываюсь. У других аптечных сетей другая стратегия.

 

Сейчас в оптовом звене в торговле лекарствами оборачиваемость денег составляет в среднем 180 дней. В лучшем случае рентабельность компаний, включающих оптовое и розничное звено, составляет 1-2%, а то и в убыток приходится работать. А одна розница без оптового звена убыточна. Комфарм закрывает те аптеки, которые нерентабельны.

 

– Если сравнить фармацевтическое производство и сельское хозяйство – что более маржинально?

 

– Одинаково. Но это производство. Не опт и не розница. У Лекфарма последние цифры рентабельности были 57%, у нас в хозяйстве в прошлом году – 54%. Весь вопрос в производительности труда.

 

– Ваша стратегия – это умеренный риск?

 

– Сейчас он умеренный, раньше я больше рисковал. Сейчас я уже не хочу рисковать.

 

Хуже всего – это боязнь принятия решения. Нужно принимать решение, пусть оно и неправильное, и работать дальше. А все боятся принять решение.

 

– Нет ли у вас усталости от бизнеса?

 

– Нет, какая усталость? Порой вечерами и ночами сидишь, размышляешь, считаешь. Прежде, чем заняться новым бизнесом, я всегда анализирую ситуацию. Когда проанализировал, думаешь, как это все воплотить, – и вперед.

 

Беседовал Алесь СЕРЖАНОВИЧ

Использование материалов агентства возможно только при соблюдении Правил перепечатки

Все материалы Информационно-аналитического агентства "Бизнес-новости" имеют исключительно информативные цели и не являются публичной офертой к купле/продаже каких-либо ценных бумаг или осуществлению любых иных инвестиций. Информация, содержащаяся на страницах портала doingbusiness.by, получена из источников, которые агентство считает заслуживающими доверия. При этом редакция и авторы текстов не несут ответственности за возникшие убытки в связи с использованием содержащейся на страницах портала информации. Использование материалов разрешено только с указанием авторства "Бизнес-новости" и наличием активной ссылки на сайт doingbusiness.by.