Курсы НБРБ на 24 июня
USD/BYN
1.9284
0.13%
15:56
EUR/BYN
2.1544
0.06%
15:56
100 RUB/BYN
3.2309
0.66%
15:56
100 UAH/BYN
7.4078
0.17%
15:56
10 PLN/BYN
5.089
0.16%
15:56
1000 KZT/BYN
5.9102
0.31%
15:56
10 CNY/BYN
2.8196
0.23%
15:56
GBP/BYN
2.4538
0.31%
15:56

Сергей ТЮШКЕВИЧ:: основной фактор влияния в 2014 году – курс рубля, со всем остальным мы справимся



2013 год сопровождался для рынка алкогольной продукции ростом акциза и снижением темпов прироста заработных плат. Как это повлияло на рынок? Какие ожидания в 2014 году? Что пьют белорусы и почему? Об этом и другом агентство "Бизнес-новости" беседует с членом совета директоров СООО "Белвингрупп" Сергеем ТЮШКЕВИЧЕМ.

 

– Каким стал 2013 год для "Белвингрупп"? Какие факторы оказывали влияние на рынок в целом и на вашу компанию в частности?

 

– Год был достаточно успешным. Особых потрясений в экономике Беларуси не было, и это, конечно, позитивно сказывалось на нашем рынке. Он уже оформился, структурировался, что позитивно отразилось на количестве присутствующих здесь мировых брендов.

 

Активно развивались не только дистрибьюторы, но и местные производители. Мы успешно вывели на рынок новый бренд водки "Сябры", предложили новинки и государственные предприятия.

 

Минусы – это, в первую очередь, рост акциза, что негативно отразилось на продажах.

 

Но, с другой стороны, люди стали пить меньше крепких напитков и больше виноградных вин – на 13-15%. Это положительный эффект акцизной политики, и тут я с государством солидарен.

 

В целом в 2013 году было спокойное планомерное развитие. В разы роста не было, но на несколько десятков процентов выросли – это отличный результат на таком рынке.

 

– Что сегодня представляет собой продуктовый портфель "Белвингрупп"?

 

– Прежде всего, мы компания-импортер. Мы являемся представителями лучших мировых брендов виски, коньяков, виноградных вин, вермутов, водки, ликеров. В этом году привезем интересное шампанское.

 

На сегодняшний день у "Белвингрупп" настолько сбалансированный портфель, что уже достаточно трудно что-то новое в него добавить. Да и не нужно, чтобы не создавать внутри портфеля конкуренцию марок.

 

– Как распределены доли в портфеле?

 

– 50% оборота нашей компании в бутылках – это виноградные вина собственного производства, 30% – местная водка, остальное – импортный алкоголь.

 

– Вы сказали, что в 2013 году рынок вина вырос на 13%. Сказалось ли это на увеличении объемов производства и продаж вин вашего производства?

 

– По виноградному вину мы выросли в 2013 году по продажам примерно на 10%. Причем половина – это вина собственного производства, вторая половина – за счет импортного алкоголя. Поскольку акциз на вино меньше, чем на водку, то и в 2014 году мы ожидаем рост потребления вин на 10-15%.

 

Мы выпускаем виноградные вина в невысоком ценовом диапазоне. Так уж привык потребитель, что белорусские вина должна продаваться по невысокой цене. Это хорошие марки, которые сделаны из недорогих молдавских, испанских, итальянских виноматериалов. Немного расширили только ассортимент газированных вин.

 

Мы работаем почти со всеми мировыми лидерами рынка виноградных вин из Испании, Германии, Франции. Покупаем у них виноматериалы и по лицензии под их контролем производим на нашем заводе недорогие вина под их брендами. Сейчас договорились, что будем разливать вина под торговой маркой одного из лидеров украинского рынка.

 

– Сколько продукции вы произвели в 2013 году и сколько продали?

 

– Продукции собственного производства продали в 2013 году чуть больше 7 млн. единиц.

 

Так как компании для работы приходится прибегать к банковским кредитам, а ставки по ним высоки, у нас нет планов по производству, у нас есть план по продажам. Больше продаем – больше производим. Мы не работаем на склад. Остатки никогда не превышают 2-недельного объема производства. Если нет продаж – просто останавливаем производство.

 

– Приходилось в 2013 году останавливаться?

 

– Конечно. В ликероводочной отрасли везде есть лишние мощности по производству. Все готовы производить больше. Но ограничен рынок. Поэтому или мы работаем 4 недели не напрягаясь, или 3 недели работаем и на неделю отправляем людей отдыхать. Второй вариант экономически более целесообразен.

 

– Какая доля продукции производится в бутылках, а какая в тетра-паках?

 

– Существует определенная сезонность для упаковки – летом, конечно, больше вина поступает в продаже в тетра-паках. Но по итогам года выходим где-то 50 на 50.

 

– Обратила внимание, что вино одной марки в тетра-паке и в бутылке существенно отличаются в цене. Почему?

 

– Если оба этих вина местного розлива – то основная причина в том, что тетра-пак дешевле, чем бутылка, а объем тары больше. 90% вина в тетра-паках на полках в магазине – местного розлива, а вина в бутылках – намного меньше. И, конечно, на стоимость импортной продукции мы влиять не можем. Входная цена выше – и выше пошлины, НДС, большие торговые наценки, и наценки импортера. И в торговле цена в итоге выше. А когда сами производим, цена значительно ниже – везем наливом, пакет покупаем в России, затраты на труд и добавленная стоимость – в белорусских рублях, наценка небольшая. А вино абсолютно одинаковое по качеству.

 

– Насколько за 2013 год вы увеличили цену на продукцию собственного производства, и что больше влияло на ценообразование?

 

– Все затраты увеличивались – и работникам повышали зарплаты, и акциз несколько раз повышался на вино, росла и стоимость энергоресурсов для производителей. Цена продукта в итоге выросла на 20%.

 

Стоимость виноматериалов выросла незначительно – примерно на 5-10% .

 

– В прошлом году вы планировали перевести производство водки из Бреста с мощностей Брестского ликероводочного завода на свои производственные мощности в Гомель. Завершился ли этот проект?

 

– Производство водки мы оставили пока в Бресте. Потому что заводу в Гомеле еще только месяц, а в Бресте работают опытные специалисты более 20 лет, и мы можем быть абсолютно уверены, что там качество продукции будет высоким.

 

И по экономическим причинам сейчас пока выгоднее производить в Бресте, чем на своем заводе. Там затраты на производство продукции ниже и есть выбор спирта.

 

Но на сегодня уже так подняли цены на услуги розлива, что через несколько месяцев, я думаю, мы будем просто вынуждены перевести производство в Гомель.

 

Отмечу, что эти расценки лишают наши государственные предприятия многих выгодных долгосрочных контрактов. Ведь мощности всех загружены не более чем на 70%. Только минский "Кристалл" серьезно воспользовался ситуацией и начал в серьезных объемах производить Nemiroff и, прежде всего, на экспорт.

 

Недавно на одной из выставок крупная украинская компания заинтересовалась розливом коньяка в Беларуси. Но в России и в Украине стоимость розлива одной бутылки стоит USD 0,15, белорусские предприятия просят USD 1. Мы платим сейчас USD 0,7.

 

– А почему такая разница в расценках?

 

– Потому что госпредприятиям "очень деньги нужны". А частные компании вынуждены строить свои заводы, брать кредиты. Зачем? Если есть недозагрузка мощностей уже существующих заводов? Цех под розлив водки в Гомеле обошелся нам в USD 2 млн.

 

– Водочники встретили начало 2014 года в основном с огромными складскими запасами из-за падения продаж. Какая ситуация сложилась в вашей компании? И с учетом ваших ожиданий роста рынка вина, будете ли корректировать планы по продажам водки?

 

– Можно продать по низкой цене много, а по высокой – мало. Нужен компромисс. Водка – это тот товар, спрос на который эластичен. Поэтому пока мы не обращаем внимания на объемы продаж. Здесь нам важнее иметь в Беларуси хороший бренд – "Сябры", который все будут знать. И работаем над организацией экспорта водки для того, чтобы иметь валютную выручку, которую мы сможем использовать для закупки импорта.

 

Пока мы являемся покупателями валюты. Но хотим стать ее продавцом или хотя бы довести объем экспортной выручки до объема импорта.

 

– Экспортные поставки вы только планируете или уже начали?

 

– В 2013 году мы уже экспортировали водки столько же, сколько продали на внутреннем рынке – это около 1 млн бутылок.

 

– В какие страны экспортировали?

 

– Россия, Казахстан, Германия, страны Балтии. В России нам помогает любовь к белорусским продуктам. В 2014 году мы планируем, как минимум, в два раза увеличить экспорт в Россию.

 

– На российский рынок хотели бы выйти многие из белорусских производителей ликероводочной продукции. Какие есть проблемы?

 

– Российский рынок очень отличается от белорусского. В первую очередь, жадностью российских сетей и оптовиков. Самое часто употребляемое слово на переговорах – "дай". Дай бонусы, маркетинг, плату за вход, за полку, за воздух. Но среди них есть достойные партнеры, которые понимают стратегические выгоды. Да, их приходится отбирать по крупицам, но когда их находишь, работать становится просто.

 

В России рынок потребления водки падает, соответственно, конкуренция еще больше обостряется. На полке уже нет места.

 

Кроме того, нужно помнить, что в бизнесе существуют окна возможностей. Была возможность выйти на российский рынок 5 лет назад, достаточно легко было это сделать, сейчас эта возможность практически закрылась. Мы, по сути, прыгаем в последний вагон и только благодаря тому, что у нас там есть партнеры, бренд и опыт.

 

– С белорусскими сетями проще работать?

 

– С белорусской розницей у нас хорошие отношения. Наша продукция, наоборот, ими очень востребована. Но и они тоже стали давить своими условиями на нас.

 

– А вина планируете экспортировать в Россию?

 

– Ни одной бутылки вина, произведенной в Беларуси, продать в России невозможно. Ведь что такое белорусское виноделие? Производство существует только благодаря тому, что пошлина на ввоз импортного вина высока и есть ограничения на ввоз готовой продукции. Как только эти ограничения снимут, производство вина в Беларуси упадет в разы.

 

Поэтому я за то, чтобы эти ограничения остались. Мы продаем больше 600 тыс. единиц вина в месяц. Другие производители продают еще больше. Как только рынок откроется, пойдет поток украинских, молдавских, германских, испанских, итальянских дешевых вин, которые там государство дотирует, мы много не сможем продать. Что мы будем делать со своими заводами?

 

Я – за рынок. Но в рынок нам надо было входить 20 лет назад. Да, выплыли бы не все, но сегодня это была бы уже другая экономика.

 

– Кроме России планируете выходить на какие-нибудь рынки?

 

– Рынок номер один в мире по водке – это Россия. Все остальные страны вместе взятые составят не более 20% от этого рынка. Поэтому я считаю, что лучше сконцентрировать все усилия там и добиться успеха, чем распыляться. Конечно, какие-то имиджевые экспортные поставки будут – Израиль, Польша, Италия.

 

– Но российская экономика сейчас стагнирует, рубль ослабевает. Как влияет эта ситуация на рынок алкогольной продукции и как вы хеджируете риски?

 

– Контракты у нас заключены чаще всего в долларах, поэтому ослабление российской валюты сказывается негативно: наша продукция становится дороже произведенной в России. Кроме того, в России существуют схемы возврата производителю части акциза. У нас такой поддержки нет, поэтому наша водка в более проигрышной ситуации.

 

Но имидж белорусского продукта помогает. Мы работаем в низком-среднем ценовом диапазоне, в котором даже на падающем рынке можно вырасти.

 

– Оборачиваемость выше в белорусских или российских сетях?

 

– Пока в Беларуси оборачиваемость быстрее. Средняя отсрочка, с которой к нам приходят деньги, около 60 дней. В России крупные сети просят уже 180 дней.

 

Но, с другой стороны, там кредит можно взять под 12%, а у нас – под 50%. Поэтому для меня лучше ниже процентная ставка, чем меньшая отсрочка торговли.

 

– А кредиты вы брали на текущую деятельность или на проект в Гомеле?

 

– В 2011 году торговля должна была нашей компании BYR 10 млрд, что составляло в эквиваленте USD 3 млн. В один момент торговля осталась должна те же BYR 10 млрд, но это уже было USD 1,5. Потом еще раз. Оборотные средства вымыты были очень серьезно. И мы были вынуждены брать кредиты, чтобы просто работать и платить зарплаты и налоги, а ведь хочется еще и развиваться.

 

Тогда у нас не было еще валютной выручки, поэтому девальвация очень больно ударила по нам. И только сейчас компания более-менее залатала эти "дыры".

 

Три года назад к нам приезжали представители крупной зарубежной компании с предложением о выкупе 50% доли в "Белвингрупп" по очень хорошей цене. Но после экономических событий 2011 года они наотрез отказались, потому что инвестировать валюту в компанию, чья выручка приходит в белорусских рублях – это, как говорит, бизнесмен Олег Хусаенов, "бег по эскалатору, движение которого ты не регулируешь".

 

– Какие планы на 2014 год у компании, какие ожидания от внутреннего и внешних рынков?

 

– На внутреннем рынке ситуация будет такой же, как и в 2013 году. Объемы продаж виноградных вин будут расти, прежде всего, за счет водки и в меньшей степени за счет плодовых вин. Акциз растет. Соответственно, если 5 лет назад бутылка простого виноградного вина, произведенного в Беларуси, стоила, как 2,5-3 бутылки водки, то сегодня бутылка водки дороже, чем бутылка вина.

 

По этой же причине стали расти продажи коньяков, виски.

 

Будем считать, что таким образом изменится культура потребления. Это хорошо.

 

– К слову, в сегменте элитного алкоголя сейчас какая ситуация в связи с тем, что доходы падают?

 

– Премиум-сегмент всегда стоит особняком и живет своей жизнью. 1-2% состоятельных людей есть всегда. Ведь для кого-то кризис, а для кого-то – время новых возможностей. И пусть в Беларуси это 100 тыс., которые могут позволить себе дорогие напитки, эта цифра не будет сильно меняться при любом изменении экономической ситуации.

 

Если не будет этих напитков в Беларуси по нормальной цене, потребители купят их в дьюти-фри. Еще 8 лет назад, бары и рестораны покупали у нас одну бутылку для сертификата, а 9 им привозили из дьюти-фри. За годы отсутствия приграничных магазинов тенденция поменялась. Но в ближайшем будущем, я думаю, мы ощутим негативное влияние от возвращения дьюти-фри. Мы не сможем с ними конкурировать по ценам .

 

– Вы планируете менять соотношение продуктов в продуктовом портфеле в 2014 году?

 

– Если будет лучше продаваться местное виноградное вино – будем увеличивать объемы производства, ведь мощности загружены пока на 50%. Если будет расти спрос на импортное вино, будем в рамках наших разрешений ввозить больше.

 

Портфель укрупнять не будем.

 

– Какие факторы влияния для вас основные в 2014 году?

 

– Основной фактор влияния – валютный курс. Для нас – это главный принципиальный вопрос. Со всем остальным мы справимся.

 

Беседовала Ирина ЮЗВАК.

Использование материалов агентства возможно только при соблюдении Правил перепечатки

Все материалы Информационно-аналитического агентства "Бизнес-новости" имеют исключительно информативные цели и не являются публичной офертой к купле/продаже каких-либо ценных бумаг или осуществлению любых иных инвестиций. Информация, содержащаяся на страницах портала doingbusiness.by, получена из источников, которые агентство считает заслуживающими доверия. При этом редакция и авторы текстов не несут ответственности за возникшие убытки в связи с использованием содержащейся на страницах портала информации. Использование материалов разрешено только с указанием авторства "Бизнес-новости" и наличием активной ссылки на сайт doingbusiness.by.