Курсы НБРБ на 24 июня
USD/BYN
1.9284
0.13%
15:56
EUR/BYN
2.1544
0.06%
15:56
100 RUB/BYN
3.2309
0.66%
15:56
100 UAH/BYN
7.4078
0.17%
15:56
10 PLN/BYN
5.089
0.16%
15:56
1000 KZT/BYN
5.9102
0.31%
15:56
10 CNY/BYN
2.8196
0.23%
15:56
GBP/BYN
2.4538
0.31%
15:56

Сергей НОВИЦКИЙ: сейчас выгодно вкладывать деньги в производство



Стагнация строительной отрасли оказывает негативное влияние на работу смежных отраслей. Вместе с тем, игроки рынка ожидают, что государство вернется к активному инвестированию в строительную сферу, это станет толчком для роста зависящих от нее направлений производства. О том, в каком состоянии сегодня находится рынок сухих строительных смесей, перспективах его развития, а также об общих возможностях, которые предоставляет белорусским промышленным предприятиям нынешняя макроэкономическая и геополитическая ситуация, агентство "Бизнес-новости" беседует с генеральным директором СООО "Хенкель Баутехник", членом Совета Республики Национального собрания Беларуси, заместителем председателя Совета по развитию предпринимательства Сергеем НОВИЦКИМ.

 

– Сергей Григорьевич, в каком состоянии сейчас находится рынок стройматериалов? Как на нем сказывается не вполне благоприятная ситуация в строительстве?

 

– Заметно, что рынок значительно сжимается, в том числе, в сегменте модифицированных строительных смесей, в котором мы работаем. Государство ограничило количество инвестпроектов. А у нас оно основной инвестор, особенно в строительной отрасли. На мой взгляд это 70-80% от общего объема строительных заказов. Это и ремонт, и дороги, и новые объекты. Частные инвесторы есть, но их небольшая доля.

 

Экономический кризис, который носит глобальный характер, отразился и на Беларуси. Кроме того, мы находимся в периоде пиковых выплат по внешним заимствованиям. Откуда брать на это деньги? Деньги нужно брать из бюджета. Мы формируем бюджет не в лучшей конъюнктуре. Рост ВВП в 1,5% – этого явно недостаточно для развивающейся экономики, такой, как наша. Это нормально для стабильной экономики западных стран. Для нашей экономики нужно как минимум 5-7%, чтобы была нормальная ситуация.

 

Наша компания, благодаря тому, что мы ведем себя достаточно грамотно с точки зрения и маркетинга, и профессиональной работы с клиентами, показывает прирост к прошлому году. Как будем развиваться дальше сказать трудно. Уже сейчас мы начинаем ощущать проблемы с платежами. Самая большая проблема сегодня – это неплатежи в строительной сфере, они плохо влияют на наших дилеров. Естественно, те начинают платить плохо нам. Мы начинаем урезать отгрузки. Это все идет в ущерб объемам продаж и производства.

 

Я думаю, что этот год для нас закончится на уровне прошлого в тоннах. В деньгах это будет больше, мы продадим на 5% больше, чем в прошлом году.

 

– Во сколько вы оцениваете объем рынка сухих строительных смесей в Беларуси?

 

– Около 400-500 тыс. тонн в год. По некоторым группам продуктов мы занимаем больше 70% (например, по плиточным фугам), в сегменте массовых продуктов наша доля значительно меньше. В среднем свою долю мы оцениваем в 20-25%.

 

– Ваша продукция продается только на белорусском рынке?

 

– В основном, на белорусском рынке, потому что эта продукция тяжелая. И ее операционная эффективность в районе 300-400 км, не больше.

 

Наверное, что-то попадает в приграничные регионы России, но это поступает через наши дилерские сети, напрямую мы не продаем. Есть определенные разграничения компании Henkel по рынкам. В России есть свои производственные предприятия. Они держатся за свой рынок.

 

На нашу продукцию в России цена была ниже до девальвации российского рубля. Сейчас цены примерно выровнялись. Но в ближайшей перспективе цены на свою продукцию не планируем поднимать, несмотря на инфляционные процессы, в том числе, потому, что мы модернизировали наш завод. Сейчас мы имеем 6 производственных линий, и у нас остался последний этап – полная автоматизация завода. Стоимость этапа – порядка EUR 2 млн, которые мы в 2015-2016 году доинвестируем, что позволит нам увеличить производительность на 40%. При этом численность работающих значительно не увеличится, то есть не увеличатся постоянные расходы.

 

– Соответственно, показатель рентабельности должен вырасти?

 

– Да. Но мы пожертвуем прибылью в пользу не увеличения цены на рынке, несмотря на инфляцию.

 

– Какой объем инвестиций вложен в завод "Хенкель-Баутехник" с начала реализации проекта?

 

– Порядка EUR 10 млн – этот объем мы уже инвестировали. И около EUR 2 млн мы инвестируем в ближайшие два года.

 

Изначальный объем инвестиций составлял около EUR 2,5 млн. Это были кредиты от материнской компании, так как такие кредиты было привлекать выгоднее, чем совершать заимствования на внутреннем или внешнем рынках. Мы уже рассчитались по всем кредитам.

 

– Каков период окупаемости всего проекта?

 

– У нас окупаемость составила около 7 лет. Но трудно говорить об окупаемости, потому что мы каждый год доинвестировали и расширяли производство. Мы не строили сразу завод с объемом выпуска 100 тыс. тонн. Мы реинвестировали и налаживали производство шаг за шагом.

 

Если бы мы сразу построили завод и потом его постепенно загружали, возможно, так считать было бы проще. Но мы пошли по другому пути.

 

7 лет – это не совсем хорошо, но и не очень плохо. В начале реализации проекта мы планировали, что он окупится за 5 лет.

 

– Почему не удалось вписаться в этот срок?

 

– Были кризисные явления, за время реализации проекта произошла трехкратная девальвация белорусского рубля. Деньги у нас были заморожены из-за отсрочек платежей или несвоевременного выполнения обязательств перед нами. И это на нас значительно повлияло.

 

– Сейчас компания развивается за счет собственной прибыли?

 

– С 2008 года мы начали реинвестировать получаемую прибыль плюс привлекали кредитные ресурсы. С 2013 года мы финансируемся полностью за счет собственной прибыли. Сейчас мы не привлекаем кредитов.

 

– Этот проект планировался и реализуется как импортозамещающий?

 

– Да, это в чистом виде импортозамещающий проект. После появления нашего завода и других производителей аналогичной продукции импорт в этом сегменте составляет не более 5% – это узкоспециализированные продукты. Причем этот импорт может быть полностью замещен нашей продукцией и товарами других локальных производителей.

 

Цель импортозамещения достигнута полностью. Мы сейчас не нуждаемся в импортной продукции. Более того, мы значительно расширили ассортимент. Начинали с четырех продуктов, сейчас у нас 160 наименований продукции. Все, что мы раньше завозили по импорту, сейчас мы производим на заводе, за исключением некоторых наименований, в производстве которых в Беларуси была бы высока доля импортного сырья.

 

– Какова доля белорусского сырья в производстве вашей продукции?

 

– В объемном выражении – более 90%. В стоимостном выражении – около 50%. Закупаются в основном дорогие компоненты, производства которых нет в Беларуси.

 

– Есть ли смысл начинать производство этих компонентов в Беларуси?

 

– Конечно, есть смысл. Но налаживать данное производство только для себя особого смысла нет, потому что это очень маленькие объемы, и затраты на организацию производства никогда не окупятся. С точки зрения государства, конечно, выгодно налаживать производство компонентов здесь, но нужно искать рынки сбыта.

 

– Какова ситуация с конкуренцией на белорусском рынке стройматериалов, сухих строительных смесей? Насколько он заполнен?

 

– Если мы говорим о глобальных стройматериалах – цементе, песке, металле, воде, стекле – то здесь рынок практически полностью закрыт местными производителями.

 

Если мы говорим про все остальное, не включая каркас дома, остальные 30% – то здесь велика доля импорта. Сейчас в Беларуси превалирует импортная запорная арматура, даже болты, гайки, дверные ручки – это все импортное. Хорошо хоть двери у нас начали делать, хотя для офисов покупают все равно импортные двери, потому что они дешевые, легкие и износостойкие. Поэтому эта ниша у нас открыта. Даже в керамической плитке есть большая ниша, которая занята импортной продукцией. Например, специализированная плитка для бассейнов не производится в достаточном количестве и с хорошим качеством ни Керамином, ни Березокерамикой, поэтому там практически весь объем – импорт.

 

На рынке сухих строительных смесей очень жесткая конкуренция. Поэтому сегодня недостаточно просто произвести продукцию, нужно обеспечить ее сервисом. Мы оказываем сопровождение наших материалов в виде разработанных серий, узлов, деталей в AutoCAD, технологических карт. При необходимости осуществляем авторский и технический надзор. Благодаря сервису, мы увеличиваем свою долю рынка.

 

– То есть, сейчас можно ожидать конкуренции по уровню сервиса между компаниями, производящими смеси?

 

– Думаю, что да. Сейчас для рынка важен ассортимент, уровень сервиса и, главное, стабильное качество. Когда на рынке жесткая конкуренция и рынок требует более дешевой продукции, многие производители снижают цены за счет качества. Мы не балуемся с качеством продукции и бескомпромиссно выполняем все требования.

 

Периодически мы делаем обзор рынка с точки зрения качества продукции, и процентов 80% из того, что мы отбираем, не соответствует даже параметрам СТБ. В строительстве сразу не отличишь некачественный продукт от качественного. Это будет видно в процессе эксплуатации.

 

– Вы упомянули, что ситуация с платежами клиентов ухудшается. Насколько критично это ухудшение и каков ваш прогноз по развитию ситуации?

 

– Положение сложное. Если нет оборотных денег, то при сегодняшней стоимости кредитных ресурсов предпринимательские структуры не могут постоянно кредитовать спрос. Сегодня отсрочка платежа доходит до 180 дней. Это уже критическая ситуация, после чего компании-покупатели начнут банкротиться. Из-за этого будет еще более ужесточаться конкуренция на рынке, и производителям придется сокращать объемы производства. Если не начнется экономический подъем, если на рынок не будут возвращаться инвесторы, в первую очередь, государство, будет сжиматься строительная отрасль. Это приведет к тому, что будут закрываться строительные, проектные организации и сами производители строительных материалов.

 

– У вас в качестве антикризисной меры предусмотрено сокращение производства?

 

– Мы пока не планируем сокращать объем производства, планируем расширяться. Я пока не вижу оснований для сокращения рынка в Беларуси. Сейчас нет большой нестабильности. Наоборот, у нас есть определенные преимущества в связи с кризисными явлениями у наших соседей. У нас открываются возможности по экспорту продукции, в первую очередь, пищевой. Например, молочные комбинаты увеличили объемы продаж в 2 раза, ничего не делая, только потому, что Россия ввела санкции.

 

Поэтому я надеюсь, что в системе появятся деньги, и большого спада и сжимания рынка не будет. Людей меньше не становится. Жить где-то надо, а значит, надо строить. Мы видим, что пока спрос на жилье не падает. Есть некоторая стагнация, но пока я не вижу, чтобы на каждом доме висело объявление "Продается" со снижением цены.

 

– Как вы работаете с теми компаниями, которые не платят? Предпринимаете ли вы какие-то особые меры?

 

– Мы пользуемся стандартными схемами. У нас есть определенные сроки платежей, прописанные в контрактах. Если они не исполняются, мы совершаем те процедуры, которые предусмотрены законодательством. Для начала мы просим, уговариваем. Потом останавливаем отгрузку в адрес предприятия. Если кто-то совсем не платит, мы вынуждены обращаться в суд.

 

– И много ли сейчас у вас хронически неплатежеспособных предприятий?

 

– Нет, не много. Мы продаем свою продукцию только через дилерскую сеть. Мы это сделали с момента открытия предприятия. И мы ни разу за 10 лет с момента основания предприятия и 8 лет с момента открытия завода не нарушили свои обязательства. Поэтому к нам дилеры стремятся попасть.

 

В отличие от нас другие производители продают продукцию конечному потребителю мимо своей дилерской сети. Что в этом случае делать дилеру? Как промежуточное звено он выпадает. Несмотря на то, что мы можем поставить продукцию прямо на рынок с более высокой рентабельностью для себя, мы работаем через дилерскую сеть.

 

– Каково место вашего предприятия в структуре группы компаний Henkel?

 

– Стратегия Henkel, как и любого предприятия, – зарабатывать деньги. Если объем рынка и локальные условия требуют того, чтобы было налажено местное производство, строится производство. Это мне удалось объяснить моим немецким партнерам в 2003 году: нужно от стратегии импорта переходить к локальному произвоству на местном сырье.

 

Мы производим около 60 тыс. тонн продукции в год, завод мы строили под 100 тыс. тонн, и на этот объем мы выйдем в ближайшие 4-5 лет. И я не вижу оснований для того, чтобы нам это не сделать. Когда мы говорили о создании этого предприятия на территории Беларуси, у нас объем продаж составлял менее 1 тыс. тонн.

 

Если говорить о нашем месте в общей структуре холдинга Henkel, то наш оборот в 2013 году составил около EUR 20 млн. У группы компаний – EUR 16 млрд. Это капля в море, но хорошая капля. Компания рентабельная.

 

Сегодня Henkel представлена во всех странах мира, у компании более 200 заводов.

 

– Как вы оцениваете ситуацию с кредитованием в Беларуси?

 

– Ситуация сложная. 35-40% годовых с учетом последнего снижения ставки рефинансирования Нацбанка. Это очень тяжело. Длинные проекты в этих условиях реализовать практически невозможно. Даже если взять валютное кредитование, то займы под 10-12% все равно тяжело выплачивать.

 

Кредитование – это одна из основных проблем, почему не развивается бизнес в Беларуси. Ведь сегодня свободные деньги проще положить на депозит, чем рисковать вкладывая их в бизнес.

 

– Сейчас выгоднее заниматься за счет собственных средств?

 

– Сейчас выгодно вкладывать в производство. А за счет каких ресурсов – это вопрос возможностей. Если есть свободные ресурсы, есть возможность позаимствовать, то это отлично. А если ресурсов нет, то неизбежно надо привлекать кредиты.

 

– Насколько, по вашим оценкам, сегодня тяжело войти в производственный бизнес?

 

– Кто хочет, тот входит в эту сферу. Если есть возможность, надо уходить в производство. Потому что все не могут торговать. Сейчас появляются гипер-, супермаркеты с хорошими условиями. На Западе в торговых центрах люди проводят целый день. Как с такими центрами могут конкурировать ИП на рынке? Это возможно, но должны быть уникальные предложения. Процесс укрупнения торговли неизбежен. И государству выгоднее работать с крупные форматами торговли, они более прозрачны с точки зрения оборотов, налогов.

 

Поэтому жизнь диктует переходить в организацию производственного бизнеса. Не обязательно заниматься разработкой космических аппаратов. Надо искать новые сферы производства, начинать с малого.

 

– Сейчас в Беларуси появляется много высокотехнологичного бизнеса. Например, гипермаркеты – новые формы розничной торговли, новые перерабатывающие предприятия. По этому можно судить, что условия развития бизнеса в Беларуси улучшаются, что рынок растет, развивается?

 

– Условия ведения бизнеса в Беларуси улучшаются. Есть политическая воля государства развивать частный бизнес и формировать при помощи частного бизнеса как минимум 50% ВВП. Есть трудности, но они есть везде. Если говорить о трудностях, то если думать и рассуждать, то можно вообще не начинать. В других странах может быть что-то лучше и легче, но там и конкуренция выше. У нас конкуренция значительно ниже.

 

Сегодня для белорусской промышленности хороший шанс и возможность развития как для государственных, так и для частных предприятий. Это вызвано ситуацией с введением взаимных санкций между Россией и западными странами. Россия в значительной степени растеряла свое машиностроение (конечно, если не принимать во внимание военную промышленность, где никто не оценивает рентабельность).

 

– Не получится ли так, что сегодняшняя ситуация, когда появляется шанс для белорусского машиностроения, окажется очередным доводом для того, чтобы не модернизировать, не развивать производство?

 

– То оборудование, которое сегодня есть на заводах, не выдержит те требования рынка, которые есть сегодня, даже несмотря на санкции. Сейчас уровень технологий в Юго-Восточной Азии уже намного выше. Китай вот вот станет первой экономикой в мире. Производить продукцию на старом оборудовании, не перевооружаясь и не модернизируясь – это бесполезное занятие.

 

Но нужно знать, зачем перевооружаться. Зачастую предприятия перевооружаются и начинают производить продукцию, которая никому не нужна. Должна быть обратная логика мышления. Нужно проанализировать, что нужно рынку, и только тогда перевооружаться. В Житковичской районе, во время проведения Совета по развитию предпринимательства, мы посещали частное машиностроительное предприятие "Сатурн-1". Оно начинало с производства зубных коронок. После тщательного анализа рынка компания перестроилась и сегодня производит высокотехнологическую машиностроительную продукцию для нефтедобывающей промышленности, железных дорог. И в основном для России. Это яркий пример частной инициативы и здравого смысла.

 

– Есть еще один вопрос: за какие деньги проводить модернизацию, если наше машиностроение по итогам I квартала 2014 года имело значительные убытки?

 

– Вопрос в том, что мы должны производить. Если рынки сбыта не могут переварить продукцию, зачем мы ее производим?

 

Если есть рынок сбыта, на который мы можем зайти с продукцией высокого качества, значит, надо изыскивать средства, инвестировать их в производство.

 

– С позиции государственного деятеля, члена Совета Республики Национального собрания Беларуси насколько эффективны и оправданы с точки зрения той логики, которую вы только что описали, те модернизационные процессы, которые проводятся в Беларуси,?

 

– Я считаю, да и многие факты свидетельствуют о том, что бизнес-планы многих проектов недостаточно тщательно проработаны на предмет эффективности. К примеру, после модернизации деревообработки мы получим несколько заводов с аналогичной продукцией. Куда будем продавать весь этот объем? Если у нас есть устойчивый сбыт в Россию, Индию, Китай, или другие страны, тогда отлично. Но если мы потратим огромные средства и некуда будет продать, то будет большая проблема.

 

Модернизация должна происходить быстро – не более двух-трех лет, когда есть спрос на продукцию, после этого периода могут появиться новые материалы и технологии.

 

Я не могу оценивать все инвестиционные проекты, но я считаю, что ко всему этому нужно очень внимательно и осторожно подходить. И если какой-то проект не до конца реализован, затянут, возможно, стоит его на каком-то этапе просто закрыть, чем пытаться "тащить за уши" до конца, и в результате иметь модернизированное предприятие, но которое производит неконкурентную или невостребованную продукцию. Это намного печальнее, чем потерять часть средств и остановить проект.

 

– Так, может, лучше вкладывать деньги в людей? Но где их брать, если сейчас наблюдается жесткая нехватка кадров?

 

– Одно не исключает другого. А человеческий потенциал это главный ресурс страны. Поэтому мы обязаны вкладывать средства в людей. Нужно повышать квалификацию наших управленцев не только в Академии управления, но и других обучающих центрах, как в Беларуси, так и за границей. Естественно, надо платить квалифицированному персоналу больше.

 

Для того, чтобы вернуть те кадры, которые уже уехали, нужно создавать условия для жизни лучше, чем за рубежом. За рубежом вы эммигрант навсегда и ваши дети также. А если дома вы будете востребованы, у вас будет хорошая зарплата, социальные связи и перспективы, то естественно вы вернетесь.

 

– Почему бизнес не очень охотно делится своим опытом?

 

– На самом деле, бизнес готов тратить свое время и делиться опытом. Нужно чаще приглашать и вовлекать в том числе и в процесс обучения. Если говорить о себе, то я значительную часть времени посвящаю общественной работе. Чувствую какую-то внутреннюю потребность и ответственность перед государством и обществом в том, что я должен делиться своими знаниями. Я это говорю без пафоса и позерства.

 

– По вашему мнению, реально ли повысить долю частного бизнеса в экономике Беларуси?

 

– Президент поставил задачу довести эту долю до 50% ВВП в ближайшее время. Это не просто. Но в перспективе такой удельный вес частного бизнеса неизбежен.

 

Государство должно заниматься глобальными стратегическими задачами.

 

Правительство понимает, что нужно создать не просто рабочее место, а эффективное рабочее место. И если это лучше получается у частника, то эту задачу лучше отдать ему. И в этом направлении нужны решительные действия правительства. Что касается законодательства, то оно неплохое, но правоприменительная практика – требует улучшения. В этом плане есть определенные вопросы.

 

Беседовал Алесь СЕРЖАНОВИЧ.

Использование материалов агентства возможно только при соблюдении Правил перепечатки

Все материалы Информационно-аналитического агентства "Бизнес-новости" имеют исключительно информативные цели и не являются публичной офертой к купле/продаже каких-либо ценных бумаг или осуществлению любых иных инвестиций. Информация, содержащаяся на страницах портала doingbusiness.by, получена из источников, которые агентство считает заслуживающими доверия. При этом редакция и авторы текстов не несут ответственности за возникшие убытки в связи с использованием содержащейся на страницах портала информации. Использование материалов разрешено только с указанием авторства "Бизнес-новости" и наличием активной ссылки на сайт doingbusiness.by.